Ванкувер. За Скалистыми горами…

Мои рассказы о круизе на корабле «Noordam»:

Круиз. Долгие сборы…

Будни круизные, будни наHALные…

Будни круизные, будни наHALные… Окончание.

Как все начиналось…

О штормах и океанах, о дельфинах и туманах…

О прекрасных сеньорах, алчных корсарах, цветущих балконах и вечной любви… Часть I.

О прекрасных сеньорах, алчных корсарах, цветущих балконах и вечной любви… Часть II.

Меж двух океанов… Часть I.

Меж двух Америк… Часть II

О сытых крокодилах, сонных игуанах и непуганых обезьянах… Часть I

О сытых крокодилах, сонных игуанах и непуганых обезьянах. Часть II

Страна адского пекла, бесконечных революций, грозных вулканов и жареных игуан…

«Благородный и Верный Город Сантьяго Рыцарей Гватемалы…»

Благородный и Верный Город Сантьяго Рыцарей Гватемалы. Окончание.

На жарком мексиканском юге…

О, сколько нам открытий чудных…

Где кончается Земля и начинается Океан…

Сан-Диего. Часть первая, мексиканскано-испанская…

Сан-Диего. Часть вторая, испано-американская…

Виктория. Beautiful British Columbia…

Ванкувер. Изящная прелесть канадской весны…

Рано или поздно, но все заканчивается. Подходят к концу удовольствия. Даже беды и неприятности и те, рано или поздно, но все-таки заканчиваются…

Вот и наш корабль заходил в последний порт, чтобы высадить одних пассажиров и пригласить в новое путешествие других. И надо было прощаться с кораблем, экипажем, кочевой жизнью, раскачивающимися под ногами палубами, океанскими туманами, ветрами, штормами, рассветами-закатами. Было грустно. И немножко хотелось домой. И новые мечты теснились у порога, спрашивая, кто будет первым в списке…

 

Прощаний я не люблю. Но пришлось сказать «до свидания!» всем, кто вышел провожать гостей корабля. А вышли многие. И получилось такое душевное прощание, что просто хотелось плакать. Так, с обнимашками, рукопожатиями, обещаниями еще не один раз встретиться с «Ноордамом» и пережить новые приключения одной дружной семьей, мы и вошли в порт Ванкувера, где все и закончилось…

 

Дальше была привычная сухопутная жизнь и знакомство с совсем другой Канадой. Теперь можно было гуляя по городу, не поглядывать на часы, боясь не успеть на корабль. Была твердая земля под ногами, которая почему-то качалась еще три дня, пока организм не поверил, что вернули его в привычную среду. И еще была полная свобода, когда можно было идти куда хочешь, ни о чем не думая. Но вечером мы отчего-то пошли к причалу, чтобы проводить наш корабль, отправлявшийся на Аляску и услышав его прощальный гудок, поняли, что вирус круиза навсегда поселился в нашей душе.

Нас ждал Ванкувер

 

Самая канадская Канада. Скалистые горы с одной стороны и Тихий океан с другой, ограничили город от всех внешних влияний и сделали его таким, какой он есть — особенный, неповторимый, с удивительной природой, совершенно непохожий на другие города, но не лишенный недостатков и пороков всех больших городов. И тот факт, что Ванкувер занимает который год место среди пяти городов мира с самым высоким уровнем жизни, здесь тоже ощущается, равно как и забота об экологии, любовь к природе и осознание того, что жить в Ванкувере — счастье, выпавшее далеко не каждому. Город любят. Городом гордятся. Уже немало…

 

Прихватив карту города в симпатичном киоске, настраивающем на приключенческий лад одним своим видом, мы отправились изучать новый город.

 

Мне сложно ответить на самый главный вопрос — хорош ли Ванкувер? И не ждите, что я начну его ругать. Да, он не идеальный. А есть ли идеальные города? Пожалуй, только в наших мечтах они и остались…

Ванкувер живой. И в этом его главная прелесть. У него есть свой характер, нравится он вам или не нравится, но принять придется, а приняв — приспособиться жить. Или уехать, пообещав себе никогда и ни за что не возвращаться…

Ванкувер разный. И похож на лоскутное одеяло, собранное рачительной хозяйкой, не выбрасывающей ни единого клочка и не сильно задумывающейся, как это будет выглядеть в конечном результате. Будет тепло и удобно, а остальное ее не сильно волнует…

 

Ванкувер теплый. Самый теплый город Канады. И все, что можно заметить в южных городах (назову это так), есть и в нем. Тут и неспешная жизнь, отторгающая любую торопливость и косящаяся на вашу чрезмерную суету. Тут и релакс на роскошных лужайках, под осыпающиеся рододендроны и плеск волны, да не абы какой, а океанской!

 

Тут и кавалькада яхт, выходящая из залива, с командиром в белоснежной фуражке, столь же белоснежных брюках, кителе цвета маренго и шикарными дамами, потягивающими «Вдову Клико» из бокалов тончайшего хрусталя…

 

Тут и велосипедные дорожки, запруженные велосипедами для семейного выезда, когда маленькие дети непременные участники прогулки…

 

Тут и вальяжные собаки, воспитанные, аккуратные и осознающие свое счастье родиться именно в Ванкувере и гордо поглядывающие на вас, понаехавших…

Тут и дни рождения на лужайках, с неизменным пирогом со свечкой, криками про Happy Birthday, подарками в симпатичных коробочках и чпоканьем пробки из бутылки шампанского, правда, уже рангом пониже «Вдовы»…

 

Тут и релакс в ресторанах, кафе и прочих приятных местах, сулящих дамам отдых от плиты и кухни, а джентльменам вкусный и сытный обед выходного дня по не самой лояльной цене правда, но они уже привыкли и других цен не знают…

Тут и модные нынче фермерские рынки, которых в Канаде великое множество, предлагающие хозяйкам все, что только можно себе представить и еще немножечко, по явно безбожной цене, являющейся в тоже время главным гарантом качества продукта…

 

Тут время не в чести. Его быстрый ход мешает получать удовольствие от жизни и не вписывается в ритм Ванкувера. И часы, упрямо показывающие часы и минуты, скучают, привлекая внимание лишь вечно спешащих туристов…

 

Даже фонтаны в Ванкувере льются неторопливо, осознавая, что жизнь хороша, когда в ней есть время для пауз и раздумий. И тихая вода лениво и вальяжно перетекает с порога на порог, совпадая с Ванкувером в главном…

 

Спорт.

 

Но Канада не была бы Канадой, если бы канадцы не любили спорт! А здесь его любят, пожалуй, как ни в одной другой стране, самой настоящей любовью, вне зависимости от возраста, пола и веса. И отдают ему все выходные, получая от этого самое настоящее удовольствие…

 

Дамы весьма преклонного возраста, отложив в сторону вязание носков своим внукам и просмотр бесконечных сериалов (хотя, думается мне, канадские бабули смотрят хоккей, а не сериалы), в приказном порядке построив своих почтенных супругов, вооружаются веслами, облачаются в яркую форму (у каждой команды — свой цвет и свое название) и оправляются развлекаться. В спортивной стране пенсионеры спортивные, азартные, выносливые и не чета не то, что нашим бабулям, а и некоторые молодые за ними не угонятся ни разу! Глаза мои распахнулись до пределов, отведенных природой и забыли моргать, когда я наблюдала их вопли и азартные крики, с которыми дамы разгоняли свои каноэ, летя навстречу к победе и вожделенному Кубку, посверкивающему на ярком ванкуверском солнце. Мокрые спины и хриплое дыхание говорили, что выкладываются спортсменки на полную катушку, не списывая на старость и немощь. А те, что пришли первыми, быстро вернули силы, получив заслуженную награду и похвалу не менее пожилого, а значит и очень опытного тренера.

 

И я поняла, почему с самого детства я считала Канаду страной олимпиад — где ж еще их проводить, если не в Канаде?

Если Монреальскую олимпиаду я помню смутно, то олимпиаду в Ванкувере забыть пока не успела: и открытие игр, и зажжение огня в необычной чаше, и спортивные баталии, и валерьянку, употребляемую пригоршнями, потому как переживательное это мероприятие для азартных людей. И очень хотелось увидеть своими глазами, что осталось после того, как игры закончились и погас олимпийский огонь.

Осталась чаша, теперь это просто фонтан на набережной, у порта, куда приходят круизные корабли и где на горизонте синеют высокие горы.

 

И кит остался (или это касатка?), все также лихо выпрыгивающий, да так и замерший в своем затяжном прыжке.

 

Олимпийская деревня стала просто домами, в которых живут ванкуверцы. Былой лоск сошел, осталась практичность, удобство и функциональность — в этом вся Канада.

 

Олимпийский стадион переделали, но он не пустует и не скучает, вокруг него и в нем кипит жизнь — спортивная Канада готовит новых героев спорта и не забывает про тех, кто когда-то добывал победы и медали. Впрочем, если вы в плане спорта совершенный бездарь, это ничего не значит, в этой стране — спорт для всех, а не только для высоких достижений и громких побед. Лужайки вокруг заняты любителями йоги, велосипедные дорожки — велосипедистами, канал — гребцами, футбольные поля — футболистами, даже хоккеисты приноровились летом гонять шайбу, заменив ее по случаю жары на мяч, остальные просто бегут, старательно наматывая километры и контролируя вдох-выдох… Может в этом главный секрет олимпийских побед?

 

А еще в Ванкувере совершенно невероятное количество парков, где не просто жарят шашлыки на зеленой траве, а точно так же бегают, катаются, прыгают, состязаются и совершенствуются в спорте. И велосипед в Ванкувере — в самом что ни на есть законе! А как иначе: дороги с велосипедными полосами, отделенными от дороги бордюрами (даже на мостах!), вагоны в метро, специально для велосипедов, пересечения велодорожек с дорогой раскрашены в яркую зелень, на указателях с названиями улиц нарисован велосипед, если есть велодорожка, а очередь в велопрокаты длиннее, чем в Москве в первый Макдональдс…

Тотемы.

 

Но есть в Ванкувере нечто, отличающее его от прочих городов и придающее ему невероятное очарование и некий налет таинственности. Здесь бережно хранят память о тех, кто пришел на эти земли первыми. И тотемы в Ванкувере можно встретить в самых неожиданных местах, если вам больше нравится экспромт в изучении города. Или найти все места на карте, если вы любите хорошо подготовиться и знать, что и где нужно искать. А ванкуверцы не делают из этого секретов и готовы раскрыть их вам.

 

Тотемы необычные, не только деревянные, хотя и они имеются в изобилии и разнообразии. Но каменные пирамиды, только чудом удерживающие равновесие под всеми ветрами и ливнями, впечатлят любого! Появляются они внезапно, замаячив на далеком горизонте непонятным нечто, вырастая и увеличиваясь с каждым твоим шагом. И кажется — вот он, совсем же рядом, но идешь и идешь, пока доберешься, чтобы следуя извечной привычке потрогать пальцами историю, что здесь совершенно не возбраняется, кстати…

 

А пляжи, может и не самые чистые, но щедро усыпанные камнями разной величины и формы, уставлены совсем уж крошечными тотемчиками, собираемые от нечего делать отдыхающими. Тотемчики никто не пинает, рассыпая шаткую пирамиду, а наоборот, старательно обходят или соберут рядом близнеца. Выглядит такой пляж совершенно нереально, завораживая и выпуская на волю воображение, начинающее рисовать совершенно фантастические картины.

 

Высоко над пляжем возвышается огромный тотем, а вокруг — маленькие подобия, иногда пошатывающиеся под порывом ветра. И если совсем уж неустойчивый камень скатится со своего места, кто-то, идущий в это время мимо, обязательно наклонится, чтобы поднять беглеца и вернуть на предназначенное ему место. А может есть в этих тотемах какая-то могучая сила, про которую нам, не имеющим индейских корней, ничегошеньки не известно?

Гастаун.

 

Есть в Ванкувере совершенно удивительное место, где время замерло и совсем не собирается бежать дальше, в современные реалии. Место особенное уже тем, что именно здесь начинался город, здесь он и получил свое имя, известное нынче всем. Тут и мощеные улочки, и газовые фонари, и удивительные часы, и памятник тому, кто совсем непостижимым образом вошел в историю, хотя весь его образ жизни явно намекал на то, что в истории он привык влипать, но уж никак не входить, да еще и памятником. Этот район — Гастаун.

 

В середине 19 века жил в поселении некий выпивоха и бездельник, любящий поболтать обо всем на свете, знавший немало занимательных историй и не отказывавшийся от гонорара в виде стаканчика-другого чего-нибудь очень крепкого. Звали говорливого малого Джек, а прозвище он получил намного позже — Гасси, что значит болтливый. Был он настолько примечательной фигурой, что всю округу постепенно стали называть городком Гасси, Гастауном. С той поры много воды утекло и много виски выпито в Гастауне. Имя району понравилось, прижилось, да так и осталось на картах. Горожане отстояли район в семидесятых годах прошлого века, не позволив сносить дома ради стеклянных монстров. Небольшая площадь не только уцелела, но и стала примечательным местом, в которое уважающий себя турист обязательно завернет. Для подстраховки, именно здесь открыли всевозможные сувенирные лавочки, заманивающие красно-белыми сувенирами, кленовым сиропом и футболками с эмблемами канадских хоккейных клубов.

 

Счастливые обладатели призов и подарков настраиваются на лирический лад и уже совсем иными глазами смотрят на фигуру никогда не трезвевшего Гасса, так и сгинувшего раньше срока от немереных возлияний…

Памятник старику-Гассу стоит на том самом месте, где звучали его бесконечные монологи, в сквере Мэйпл-Три.

 

Самое примечательное! Сквер не просто так носит имя Кленового дерева. Когда-то на этом месте рос клен, собравшись под которым отцы города решили дать имя городу Ванкувер, в честь английского капитана Джорджа Ванкувера.

Для любознательных есть табличка. Клена давно нет, осталась только бережно хранимая память о значимом событии в истории города.

Есть в Гастауне уникальные паровые часы, вокруг которых каждый час собирается огромная толпа, посмотреть и послушать. Часы приводятся в действие парогенератором и каждые четверть часа они играют Вестминстерский бой, а каждый час выпускают облака пара. Часы давно стали еще одним символом Гастауна и, думается мне, вполне заслужили это звание. Мы умудрились несколько раз завернуть к часам, подгадав под начало музыкального момента, и каждый раз я получала маленькое удовольствие от этого чуда.

 

Дом-утюг — еще одно сокровище Гастауна. Построен он в начале 20 века и удостоился чести быть первым огнеупорным домом Ванкувера. Сейчас это отель «Европа» и полюбоваться им можно только издалека, внутрь никто не пустит. Но окна в нем все еще из свинцового стекла, а этим мало кто может сегодня похвастаться.

 

Нашли мы и странную церковь, которую опознать можно только с помощью таблички. Никаким образом она не походила на ни один из всех виденных мной храмов. И сколько я не топталась рядом, так и не смогла поверить своим глазам, что бывает и такое. Ванкувер не похож ни на какой другой город, это уж точно!

 

А дальше была большая проблема Ванкувера. И со мной согласятся все, кто бывал в этом неоднозначном городе…

Большая беда Ванкувера.

 

Сразу хочу сказать — я на рожон никогда не лезу, ну, почти никогда. И есть моменты, когда я готова залечь в густых зарослях и фотографировать под их прикрытием, потому как перспектива быть, мягко говоря, обиженной, меня никогда не прельщала. Потому проблему Ванкувера я снимала партизаня, стараясь не дышать, не разговаривать и тихо-тихо нажимать кнопочку фотоаппарата, слишком уж громко клацающую в условиях глубокого подполья.

Беда Ванкувера — это совершенно невероятное количество бездомных. Теплый климат, некая уединенность Ванкувера, сложность в преодолении гор пешими маршрутами, я уж не говорю об океанском заплыве, бесплатная и очень качественная медицина, гуманность законов и нерушимые основы мироздания, неустанно твердящие о том, что наркоманы тоже люди, просто им не повезло, стянуло, словно магнитом, всех, кто на дух не переносит работу. Сострадательная Канада щедро раздает «несчастным» все, в чем они нуждаются: жилье, лечение, поиск работы. Но им это совсем не нужно и никто не желает так напрягаться, если можно жить «в кайф», причем в самом прямом смысле этого слова…

Кошмар прочно оккупировал часть улицы Вест Хастинг и для тех туристов, кому не хватает в жизни экстрима, сюда лежит дорога. Дальше — фильм ужасов и нервных просим не смотреть. Беда улицы началась с того, что здесь открылась клиника для лечения наркоманов. Дрожащие маргиналы с истыканными венами доползали до вожделенного порога, где гуманные канадские врачи вкалывали страдальцам другой наркотик, менее опасный и помогающий пережить ломку. Слава о добрых айболитах разнеслась со скоростью лесного пожара и маргиналы всех мастей устроились на улице бивуаком, чтобы далеко не ползти за бесплатной дозой.

 

Вроде бы есть в Ванкувере закон, запрещающий ночевать на тротуарах, но кто ж его читает-то… Маргиналы ведут себя крайне нагло, решив, что им, несчастным бездомным, в городе дозволено все. Они могут устроить грязный скандал, доказывая, что вы специально снимали их. Показ кадра, где грязный нахал получился размером с булавочную головку, ни к чему не приведет и требование денег вперемежку с угрозами и подзыванием таких же «упоротых» на подмогу, продолжится, пока вы не плюнете и не удалите проблему с карты памяти вашего фотоаппарата. Ну, или сделаете вид, что удалили, буду я еще из-за какого-то маргинала удалять кадр. Ну как в таком удалении можно рассмотреть его в деталях? Только, как повод потребовать деньги.

 

Маргиналы расползаются по городу, как споры опасного грибка, портя все, до чего дотягиваются их немытые тела: ночлежки под каждым фонарем, где кепка с наглой табличкой с требованием денег — главное украшение их импровизированной спальни. Смрадные тела, окутанные «ароматами» выкуренной травки и дрожащие исколотые руки тянутся к твоим карманам и сумкам в надежде — а вдруг? Сорят они вокруг себя просто чудовищно, нагло ухмыляясь — я бездомный, вопросы будут? Может именно поэтому парки Ванкувера закрываются с заходом солнца, я такого больше нигде не встречала!

Упаси вас Боже вскинуть фотоаппарат в сторону бомжующего! Это страшная сила, совершенно лишенная мозгов и даже примитивных инстинктов, и что «оно» сделает, увидев, что вы его сфотографировали, неизвестно даже всезнающей судьбе.

Одна-единственная мысль не давала мне покоя в Ванкувере. Если каждому маргиналу дать по метле, то через пару часов город сиял бы первозданной чистотой, но… И не дает им никто эти самые метлы, да и не возьмут они, без применения грубой физической силы. А силу применять нельзя, потому как они бездомные, а значит… И мы вернулись к самому началу!

Ну и чтобы не возвращаться к адскому ужасу, покажу еще один не самый приятный уголок, именуемый «Черными аллеями».

 

Соответствующие ароматы и обитателей добавьте сами, для полного, так сказать, колорита… Я же говорю, Ванкувер очень разный и очень неоднозначный, и раскрасить его только радостными оттенками эдакой безмятежной пасторали, совсем не получится. Но чувствительные души могут обойти стороной места максимального скопления сих особ. Хотя не встретить их вообще в Ванкувере просто нереально…

Все, с негативом закончила и возвращаться не буду. Да и забралась я на улицу Вест Хастинг только потому, что это самая короткая дорога в Китайский квартал… Но все это будет уже в следующей части моего рассказа.

Продолжение следует…

About author

Leave a reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *